Мария Каллас, её четыре голоса, два миллионера и одна болезнь

Миллионер из Вероны

Успех в Греции оказался практически ничем для американских продюсеров. После двух лет неудач она знакомится с Джованни Зенателло, который предложил ей партию Джоконды в одноименной опере. И на долгое время жизнь Марии оказалась связана с Италией.

Именно в Вероне она познакомилась с местным промышленником Джованни Батистой Менегини. Он был вдвое старше ее и страстно любил оперу, а вместе с ней и Марию. В течение всего сезона он каждый вечер приносил ей огромные букеты цветов. Затем последовали выходы в свет и объяснения в любви. Джованни полностью продал свой бизнес и посвятил себя Каллас.

Мария Каллас

В 1949 году Мария Каллас расписалась с веронским миллионером. Батиста стал для Марии всем – и верным супругом, и любящим отцом, и преданным менеджером, и щедрым продюсером. Менегини также договорился с известным дирижером Туллио Серафином взять на обучение его супругу. Именно Туллио открыл Каллас для мировой сцены и последующих поколений любителей классической музыки. В 1950 году о ней говорил уже весь мир. Ее приглашает легендарный миланский театр «Ла Скала», за ним – лондонский «Ковент-Гарден» и нью-йоркская «Метрополитен-опера».

Первая леди

Мария Каллас и Аристотель Онассис

После мучительных бракоразводных процессов Аристотель и Мария без всякого стеснения стали появляться вместе в обществе. Один из свидетелей их очередного свидания в ночном клубе Монте-Карло вспоминал:

«У них не получается танцевать щека к щеке, поскольку мисс Каллас несколько выше мистера Онассиса. Поэтому когда они танцуют, Мария наклоняет голову и слегка пощипывает губами ухо своего возлюбленного, вызывая тем самым у него восторженный смех».

Видя, как стремительно развиваются отношения между влюбленными, все только и жили предвкушением новой шикарной свадьбы. Однако ни Мария, ни Аристотель не торопили события. Отвечая на назойливые вопросы одного итальянского журнала, Каллас была уклончива и скрытна:

«Могу сказать только одно – между мной и господином Онассисом существует очень нежная и чувствительная дружба».

Но, несмотря на все ожидания, брак так и не состоится – ни в 1960 году, ни после. Через три года после развода в жизни Онассиса появится новая женщина, которой он предложит не только руку и сердце, но и изрядную долю своего состояния.

Летом 1963 года Аристотель приглашает на свою яхту «Кристина» первую леди США Жаклин Кеннеди. Еще до личного знакомства с миссис Кеннеди Онассис был заинтригован ее образом, в котором сочетались красота и высокое положение в обществе.

А когда же Джекки ступила на палубу его яхты, он завалил ее подарками. Когда первая леди вернется в Белый дом, один из помощников ее мужа заметит:

«В глазах Джекки сияли звезды – греческие звезды!»

Каллас не сразу распознала в миссис Кеннеди угрозу. Мария была уверена, что Онассис никогда не пойдет против президента США ради очередной любовной интрижки. Ситуация резко изменилась после трагических выстрелов в Далласе.

После гибели Джона Аристотель начинает активно ухаживать за Жаклин. Теперь с ней он стал совершать одинокие плавания на «Кристине» по Эгейскому и Средиземному морям. Каллас была встревожена, но изменить что-либо оказалось не в ее силах. Джекки моложе ее и еще более знаменита. Изменилось отношение и Онассиса. Вместо постоянного спутника он превратился для Марии в случайного попутчика, навещавшего ее время от времени.

Мария Каллас

Иногда эти визиты были весьма волнующими как для Каллас, так и для самого Ари. Однажды, поддавшись сиюминутному удовольствию, он согласился взять Марию в жены. Подготовка к свадьбе, которую решено было сыграть в первых числах марта 1968 года в Лондоне, проходила в атмосфере строжайшей секретности.

В последний момент Каллас с ужасом обнаружила, что у нее отсутствует документ о рождении. Дубликат был готов спустя две недели, ставшие роковыми в жизни великой певицы. Всего за несколько минут до начала свадебной церемонии она рассорилась с женихом, потеряв его практически навсегда. В июне этого же года Онассис сыграл другую свадьбу, только невестой на ней была не Каллас, а бывшая первая леди США Жаклин Кеннеди. В жизни Марии начался самый трагичный этап.

Муж и продюсер

Джованни Баттиста Менегини был старше Марии на 27 лет, но это не помешало ему жениться на молоденькой певице. Под венец пара пошла меньше чем через год после знакомства. Бизнесмен стал для Каллас супругом и менеджером в одном лице. Следующие десять лет оперная дива и богатый промышленник шли по жизни рука об руку. Конечно, Менегини оказывал супруге мощную финансовую поддержку, что способствовало и без того блестящей карьере Марии. Но главный секрет ее востребованности заключался не в деньгах мужа, а в безупречном владении техникой. Наша знаменитая оперная певица Елена Образцова однажды сказала по этому поводу: «Каллас не обладала красивым голосом. Она обладала фантастической техникой пения и, главное, пела сердцем и душой. Она была как проводник от Бога». После Вероны перед девушкой стали постепенно открываться двери всех известных оперных театров. В 1953 году артистка подписала контракт с крупной звукозаписывающей компанией EMI. Именно эта фирма выпускала записи опер в исполнении певицы.

С самого начала своей карьеры Мария была довольно крупной. Некоторые недоброжелатели и завистники называли ее жирной. Проблемы с весом возникали из-за большой любви к еде. Секретарь артистки Надя Штаншафт рассказывала о ней: «Мы накрывали стол, она подходила и невинно спрашивала: „Надя, что это такое? Можно я попробую маленький кусочек?“ За ним следовал еще один и еще один. Так она практически съедала все, что лежало на тарелке. А потом пробовала из каждой тарелки у всех сидящих за столом. Меня это сводило с ума». Самым любимым лакомством Марии было мороженое. Именно этим десертом должна была заканчиваться абсолютно любая трапеза певицы. С таким аппетитом у Каллас были все шансы не только прославиться в качестве оперной исполнительницы, но и стать самой толстой женщиной в мире, но, к счастью, она вовремя остановилась. Работая над ролью Виолетты в своей любимой «Травиате», девушка сильно похудела и стала настоящей красавицей, которую не мог пропустить мимо известный ловелас Аристотель Онассис.

Аристотель Онассис и Мария Каллас. Фото: Кадр yout
Аристотель Онассис и Мария Каллас. Фото: Кадр youtube.com

Искусство требует жертв

Это похоже на сон, на сказку или, как сказали бы сегодня, на пиар-ход. Так ведь сохранились фотографии – красноречивые свидетели чудесного превращения «слонихи» в античную статую. С детства и едва ли не до тридцати лет Мария Каллас имела избыточный вес, а затем довольно быстро, за год, сбросила чуть ли не сорок килограммов!

«Заедать» обиды она начала еще девочкой, считая и, вероятно, справедливо, что мать не любит ее, неуклюжую и близорукую, отдавая все внимание и нежность старшей дочери. Незадолго до смерти Каллас с горечью напишет: «Я с 12 лет работала как лошадь, чтобы прокормить их и удовлетворить непомерное честолюбие мамы. Я делала все, как они хотели. Ни мать, ни сестра теперь не помнят, как я кормила их во время войны, давая концерты в военных комендатурах, расходуя свой голос на непонятно что, лишь бы добыть для них кусок хлеба».

«Отдушинами в ее жизни были музыка и пристрастие к еде, – пишет один из биографов Каллас француз Клод Дюфрен. – С утра до вечера она поглощала конфеты, медовые коврижки, рахат-лукум. За обедом с аппетитом ела макароны. Вскоре – а кто нас побалует лучше, чем мы сами, – она встала за плиту и придумала свое любимое кушанье: два яйца под греческим сыром. Эту пищу нельзя было назвать легкой, но ребенок нуждался в столь калорийном питании, чтобы хорошо петь: в те времена многие придерживались мнения, что хорошая певица не может быть худой. Этим и объясняется, почему мать чудо-ребенка не препятствовала пристрастию дочери к еде».

Мария Каллас в 1952 годуМария Каллас в 1952 году

К девятнадцати годам вес Марии перевалил за 80 килограммов. Она жутко комплексовала, училась скрывать недостатки фигуры под «правильной» одеждой, а тем, кто осмеливался насмехаться, отвечала со всей силой взрывного южного темперамента. Когда однажды рабочий сцены Афинского оперного театра отпустил за кулисами что-то ироничное в адрес ее внешности, молодая певица швырнула в него первое, что подвернулось под руку. Это была табуретка…

Отгремела Вторая мировая, проблем с продуктами стало меньше, и Мария прибавила еще килограммов двадцать. Вот как описывает Менегини, ее будущий муж и продюсер, впечатления от первой встречи летом 1947 года в веронском ресторане «Педавена»: «Она была похожа на неуклюжую бесформенную тушу. Лодыжки ее ног были одной толщины, что и икры. Она с трудом передвигалась. Я не знал, что сказать, а насмешливые улыбки и презрительные взгляды иных гостей говорили сами за себя».

И хотя Менегини отводят в судьбе Каллас роль Пигмалиона, это верно лишь отчасти: если бы его голосистая Галатея сама не пожелала избавиться от оков жира, вряд ли бы кто-то смог повлиять на строптивую диву. Известно, что режиссер Лукино Висконти поставил ей ультиматум: их совместная работа на сцене «Ла Скала» возможна лишь в том случае, если Мария похудеет. Главным стимулом отказаться от сладкого, мучного и многих других продуктов, истязать себя массажем и турецкими банями явилась для нее лишь жажда новых ролей. В творчестве, а с появлением в ее жизни миллиардера Онассиса и в любви она страдала той же булимией, ненасытностью, обжорством.

Лишний вес Каллас истребила якобы самым радикальным образом – проглотив ленточного гельминта, другими словами, солитера. Возможно, это всего лишь легенда, скверный анекдот. Но, говорят, что в тот период она стала писать в письмах «мы», подразумевая себя и червяка. Не исключено, что солитер завелся в ее организме от диеты, где главным блюдом был тартар – мелкорубленое сырое мясо со специями и травами.

«Она любила поесть, особенно торты и пудинги, – свидетельствует Брюно Този, президент The International Maria Callas Association (Международная ассоциация Марии Каллас), – но сидела в основном на салатах и стейках. Вес она потеряла за счет того, что следовала диете, основанной на йодсодержащих коктейлях. Это был опасный режим, влияющий на центральную нервную систему, он изменил ее метаболизм, зато из гадкого утенка Каллас превратилась в прекрасного лебедя».

 Аристотель Онассис так и не женился на Марии Калл Аристотель Онассис так и не женился на Марии Каллас

Пресса, которая когда-то нередко отпускала шуточки по поводу ее щедрого тела, теперь писала, что у Каллас талия тоньше, чем у Джины Лоллобриджиды. К 1957 году Мария весила 57 килограммов при росте 171 сантиметр. Директор нью-йоркской «Метрополитен-оперы» Рудольф Бинг по этому поводу отозвался так: «Вопреки тому, что обычно происходит с внезапно похудевшими людьми, ничто в ее облике не напоминало, что совсем недавно она была невероятно толстой женщиной. Она держалась на удивление свободно и непринужденно. Казалось, точеный силуэт и грация достались ей от рождения».

Памятная табличка на доме Марии КалласПамятная табличка на доме Марии Каллас

Увы, «просто так» ей не доставалось ничего. «Сначала я потеряла вес, затем я потеряла голос, теперь я потеряла Онассиса» – эти слова поздней Каллас подтверждают мнение, что «чудесное» похудение в конце концов катастрофически сказалось на ее вокальных данных и на ее сердце. На закате жизни La Divina написала в одном из писем к вероломному Онассису, который предпочел ей вдову президента Кеннеди: «Я все время думаю: почему мне все давалось с таким трудом? Моя красота. Мой голос. Мое короткое счастье…»

Личная жизнь Марии Каллас

Мария Каллас и Джованни Баттиста Менегини

Мария Каллас с Аристотелем Онассисом

Аристотель Онассис и Мария Каллас

Аристотель Онассис и Жаклин Кеннеди

Мария Каллас в последний год жизни

Документальный фильм о Марии Каллас

толстая мария каллас